Владимирские музыканты хотят переплюнуть группу «Queen»

Нет препятствия, есть вызов

Сторонник ЗОЖ, юрист, новоиспеченный отец – набор, прямо скажем, далеко не роковый. Но это не мешает лидеру группы «Amplife» Антону Китаеву пророчить своему музыкальному коллективу всемирную известность.

О русских песнях на английском, об отношении к алкоголю и о трудностях воспитания потомства Антон честно рассказал в интервью «МК во Владимире».

Сторонник ЗОЖ, юрист, новоиспеченный отец – набор, прямо скажем, далеко не роковый
Антон Китаев. Фото из личного архива музыканта

«Тексты с минимальной долей ответственности»

- Антон, когда ты стал заниматься музыкой и писать тексты?

- Сознательно – лет в 17. До этого только в школьном хоре пел. Мыслей писать песни не было. Идея пришла, когда друг научил играть на гитаре. Зачем обычно учатся? Чтобы играть чужие песни. А мне не хотелось играть чужое, и я стал сочинять свое. Это были неуверенные песни на русском языке, созданные под влиянием русского рока. Первые мои тексты – абстрактно-отстраненные, типа «большие города, пустые поезда, караваны в пустыне». Я называю их «тексты с минимальной долей ответственности». Я думаю, так у многих, кто только начинает писать. Потому что оперировать конкретными понятиями – это определенная ответственность.

- Как пришел к конкретике в текстах?

- Те песни, которые пишутся сейчас, – от первого лица. Сам персонаж рассказывает о себе, о своих мыслях. К примеру, есть песня, где говорится: «Я рожден под водным знаком зодиака, но хочу огня».

Реальность через фильтр

- С текстом понятно, а что насчет музыки?

- Музыку я воспринимаю как канал для передачи энергии между людьми. А энергия бывает двух видов: положительная – направленная на созидание, вдохновение; и отрицательная – саморазрушение. Музыка – это средство коннекции, провод между людьми. Глубинного смысла в музыке нет, это установление контакта. Хотя, контакт может быть и не установлен. К примеру, кто-то послушал группу «Amplife». Ну, послушал и послушал. Контакт не установлен, человек не почувствовал энергию. Но это не значит, что автор музыки ее туда не вложил. И у меня она вся позитивная, о саморазрушении я не пишу.

- Откуда приходит музыка в голову?

- Я сознательно не хотел в это вникать. Считал, что это божественный дар, и как только постигнешь, откуда это приходит, сразу исчезнет вся магия и сам дар пропадет. Но потом стал философствовать и пришел к тому, что у человека есть мысли, которые он хочет высказать, либо рассказать о себе, либо дать слушателю посыл к действию. И это оформляется музыкально. Когда мы просто общаемся, никто же не спрашивает: «Откуда к тебе приходят эти слова, которые ты сейчас говоришь?» Они просто есть, это элементы связи. С музыкой то же самое, это язык. А в голову приходят не песни, а желание о чем-то рассказать.

- И о чем в основном рассказываешь?

- Допустим, я хочу, чтобы человек круто провел время, потанцевал. Начинаешь с этой позиции копать. Или у меня в жизни задумчивый этап самокопания, тогда начинают вылезать меланхоличные песни. Все приходит из текущей жизни.

- То есть, для вдохновения ничего не надо? Твоя муза – сама жизнь?

- Да. Но иногда в песнях ее хочется приукрасить. Как художник: он может нарисовать натуральную копию реальности, а может ее чуть улучшить. В наших песнях реальность подается через фильтр. К примеру, у рэперов все четко: «Я попал в аварию, угодил в больницу, лежу в бинтах с проломленным черепом». А я о таком событии (не дай Бог, конечно) написал бы образно, аллегорично, возможно, даже с юмором.

Трудности перевода

- Кстати, о юморе. Что за история с названием группы? Ты говорил, что сам не знаешь, как оно переводится.

- Это правда. Мы название на русский даже не переводили. Это несуществующее английское слово, состоящее из двух частей: amp и life. «Лайф» – это жизнь. Amp – что-то связанное с усилением, добавлением. Я считаю, аmp уже давно стало музыкальным синонимом. Комбики (гитарный усилитель звука — прим. корр.), наушники, колонки, микрофон – все это amp. Получается, «Amplife» – жизнь, неразрывно связанная с музыкой.

- А направление?

- Сейчас среди молодых команд на такой вопрос очень модно отвечать «мы вне стиля». Мы так не говорим. У нас всего намешано. Корни нашего творчества – это и рок, и соул, и фанк. Каждая новая песня проходит через весь коллектив. Каждый добавляет что-то свое. К примеру, наш басист Дима увлекается R'n'B и рэпом, он добавляет свое соответствующее видение. Мне больше по душе софт-рок.

- Почему поешь на английском? Разве русскому слушателю не нужны русские тексты?

- Это всего лишь мнение. В данный момент мне, как автору, комфортно с англоязычной лирикой. Я не могу писать по заданию. Если у меня изнутри нет посыла писать на русском, я не буду это делать, даже если президент позвонит и скажет: «Слушай, Антох, а сделай песню на русском языке!» Это высасывание из пальца. Мне нравится, как английский звучит в песне. Конечно, пишу не без ошибок. Но я стараюсь советоваться с носителями языка.

- Сколько лет группе?

- С этим названием – 4 года. А в нынешнем составе – меньше года. Недавно к нам в коллектив пришел Максим Филатов, кинорежиссер. Скоро мы презентуем видео, которые он сделал. Снимали прямо тут, на репетиционной базе.

- Кстати, что это за место?

- Это выстраданное, выстроенное здание Дома культуры «GreyWhale» (ул. Батурина, 9а – прим. корр.), который мы с друзьями, наконец-то, открыли. Воздвигали его 3-4 года, это целый этап жизни. Раньше здесь были гаражи. Мы их купили. Теперь здесь несколько репетиционных баз, есть кухня, место для небольших концертов, творческих встреч, иногда тут проводятся выставки. Здесь живет пес Тюня, его взяли из приюта.

А не замахнуться ли нам на «Queen»?

- Помнишь первый концерт?

- Свой первый осознанный концерт я сыграл в 1998 году в ОДРИ. А первый концерт «Amplife»… (Задумался.) Ох, надо вспоминать. Наше первое масштабное выступление – вместе с группой «Рекорд Оркестр». Они давали ежегодные концерты в Загородном парке. Один из таких концертов превратился в трибьют группы «Queen». Участвовали они и еще три группы, в том числе мы.

- Кто из вас был Фредди Меркьюри?

- Каждый из нас. Группа «Queen» весьма повлияла на мировую музыкальную мысль.

- То есть, в будущем вас ждет такая же слава, как у «Queen»?

- Да! Я вообще философский чувак. У нас есть только настоящее, которое является следствием прошлого и причиной будущего. Прошлого уже нет, будущего еще нет. А здесь и сейчас мы имеем накопленный ранее опыт. Будем ли мы в будущем так же популярны, как «Queen»? Это мечты. Но что я делаю сейчас для того, чтобы они осуществились? Важны сегодняшние поступки. Впрочем, наличие цели – это и хорошо, и плохо. Когда ты ее достигаешь, то не знаешь, что делать дальше. Поэтому намного важнее то, что ты делаешь для достижения цели, чем она сама. Допустим, наша цель – первая строчка в хитпараде на известном радио. Но те этапы, через которые ты проходишь на пути к первенству, какие усилия над собой делаешь, какие ошибки – все это перетянет на весах тот факт, что «Amplife» находятся на вершине хитпарада.

- Может, уже сейчас поклонницы кричат под окном: «Антон, выходи?»

- Послушай, кричат? Такого нет. Дело в том, что у меня две профессии. Я не только музыкант, но и юрист. Если бы музыкальная деятельность была всепоглощающей, фан-база давно бы сформировалась. Но пока музыка не позволяет прожить, и приходится зарабатывать. Объем работы юриста таков, что я могу просто жить на работе, забросив семью и музыку. Можно подумать, что я работаю по будням с 9 до 17.00, а по вечерам и в выходные мне нечем заняться, и я бренчу на гитаре. Это не так. На работе я могу находиться круглосуточно. Но поскольку во мне живет мое творчество, я выкраиваю время для музыки.

Алкоголь творчеству помеха

- Ты за ЗОЖ. Как к этому пришел?

- Уже года три, как алкоголь перестал меня «вставлять». Это пришло само, необъяснимо. Я понял, что мне оно не нужно. В тот же период меня впервые стали посещать философские мысли. Алкоголь точно не помогает. Сколько я ни пробовал писать «под градусом», получалась полная фигня. На всех вечеринках мне куда больше веселья доставляет сама тусовка, компания. Прикинь, даже на Новый год не пил. Но я нигде этим «не свечу», не ношу футболку с надписью «Здравствуй, ЗОЖ!» Даже могу замутить песню на алкогольную тему.

- Что говорят друзья?

- Они привыкли. Слава Богу, они не говорят что-то вроде: «Антоха не пьет, с ним не интересно!» Это означало бы, что Антоха интересный, только когда подвыпьет. Мне не нравится такая тема. Иначе ты должен пить каждый день, чтобы всем было интересно. Хочется быть интересным человеком в силу того, что ты сам такой, а не потому, что в тебя вошла некая химическая формула.

- То есть, твой совет – не пить.

- Нет! Я никому ничего не советую. Все индивидуальны. Кому-то прикольно. Все эти темы с навязыванием – ни к чему. Надо проще относиться к тому, что у кого-то по-другому. К примеру, я бухаю каждый день, а есть чувак, который вообще не пьет. Дай-ка я ему кое-что скажу. Это очень по-русски. Нам надо учиться проще относиться к людям. Не влезать, не спрашивать «Почему?». Вот оно есть как есть.

Сын, жена и рок-н-ролл

- Как расслабляешься, отдыхаешь?

- Сейчас у меня отдых связан со сменой деятельности. В моей жизни есть три кита: работа, музыка, семья. Ребенку год и три месяца. Я тоже весь в нем. Вижу, как он уже перебирает «лапками» на гитаре, стучит по ксилофону. Если я пою дома, он залипает, слушает. Пока я доволен. Но с учетом моего менталитета с «ненавязыванием» и «невлезанием» я стараюсь не поддаться искушению не пихать его насильно в музыкальную сферу. Хотя безумно хочется. Я мог бы предостеречь его от ошибок, познакомить с нужными людьми, научить играть на инструментах, и он достиг бы того, чего не достиг я. Эти мысли появились у меня через минуту после его рождения. Но это его жизнь, его ошибки. Надо только умно уловить его способности. Вовремя распознать, что его, что не его. Это искусство посложнее, чем придумать песню.

- Жена спокойно отпускает на репетиции?

- Мои песни ей нравятся. Она понимает, что без музыки я как птица с обрубленным крылом, это часть меня. «Лучше бы с ребенком сидел!» – такого нет. Мы оба вкладываемся в сына. Стараемся дипломатично что-то спланировать. Но это моя точка зрения. Лучше спросить у жены.

- День музыканта – он какой?

- Режима нет. Но есть посыл сделать как можно больше. Поэтому утром приходится делать над собой усилие, как можно раньше встать. А вечером лечь пораньше, хотя это тоже нелегко, я сова. У меня многое получается именно ночью. Прикольно сидеть сводить песню до 2-3 ночи, но утром это все скажется. Мой график стихийный. Хотя есть мысли начать планирование.

- Что посоветуешь начинающим группам?

- Если бы я достиг каких-то вершин, то мог бы что-то советовать. Как правило, известные музыканты рекомендуют ни в коем случае не бросать, мотивируют. А после разговора с ребятами, которые ничего не достигли, хочется самому все бросить и больше никогда этим не заниматься. У них не получилось, они и тебе говорят: «Чувак, бесполезно, нужна куча денег, огромный талант. Таких, как ты, – сто тысяч. Чем ты отличаешься от других?» Они переносят на тебя свою энергетику и состояние. Мой совет – все возможно. Несмотря на огромное количество людей, которые этим занимаются, сейчас такое же огромное количество возможностей донести свое творчество до других. Это упростилось до нажатия кнопки на компьютере. Надо развиваться. Нет препятствия, есть вызов. Это лестница, где каждый следующий шаг дается все тяжелее. Но надо идти по ней вверх. А вообще круче любых советов – реальная помощь. Мой номер телефона есть на моей страничке во «ВКонтакте», можно прийти к нам сюда, в «GreyWhale». Чем сможем – поможем.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №5 от 23 января 2019

Заголовок в газете: Нет препятствия, есть вызов