«Вы нарочно ребенка родили!»

Пополнение семьи чиновники называют злонамеренным ухудшением жилищных условий

12.06.2013 в 10:40, просмотров: 1320

Цены на квартиры растут как на дрожжах. Совсем недавно «однушку» можно было приобрести за миллион с небольшим, теперь за такие деньги вам предложат только комнату в коммуналке. То ли еще будет - прогнозируют риелторы. Большинству владимирцев жилье абсолютно не по карману. Для самых незащищенных слоев населения существует так называемая очередь на бесплатное социальное жилье. Многие стоят в ней с советских времен. Десятилетиями. Но как не лишиться пусть призрачной надежды когда-нибудь обрести собственную жилплощадь?

«Вы нарочно ребенка родили!»

Ошибка за ошибкой...

В редакцию «Московского комсомольца» обратилась мать-одиночка Ирина В. (свою фамилию женщина предпочитает не афишировать) и рассказала о несправедливости, которая случилась с ней по вине чиновников.

Женщина с сыном-школьником прописана в однокомнатной квартире — вместе с собственным отцом (дедом мальчика), сестрой и ее мужем. Но впятером на двадцати квадратных метрах жить невозможно, поэтому Ирина вынуждена снимать комнату. Зарплата даже по владимирским меркам у нее небольшая - 12 тысяч рублей, половина уходит на аренду комнаты. Алиментов Ирина не получает, живут вдвоем с сыном на 6 тысяч в месяц.

В начале 2006 года как малоимущая Ирина встала в очередь на социальное жилье. Шесть лет спустя, когда очередь подошла, Ирине сообщили, что все это время она напрасно надеялась на получение квартиры. Оказывается, поставили в очередь ее «по ошибке». А теперь все разъяснилось, и женщину из очереди просто «выгнали».

- Я не понимаю, почему все эти шесть лет об ошибке не говорилось ни слова, - разводит руками Ирина. – Ежегодно я обязана была предоставлять справки о составе семьи и о доходах. Причем 2 справки о том, что я бедная, что у меня денег нет, стоят 1000 рублей! Для меня это немалая сумма. И вдруг мне объявляют: мы, применив специальные формулы, подсчитали, что за 20 лет вы сможете накопить на покупку жилья, соединив совместный доход четверых взрослых, прописанных в вашей однокомнатной квартире. У вашего отца, мол, пенсия достаточно высокая – 12 тысяч. Но моему отцу, извините, 86 лет, о каких 20-ти годах идет речь, в течение которых он должен копить на квартиру?..

К слову, Ирина посчитала, сколько времени ей понадобится, чтобы собрать деньги даже не на однушку – на комнату. Оказалось – 190 лет!

На то, чтобы доказать, что денег на квартиру накопить не получится, у Ирины ушел почти год: сбор справок, хождение по юристам, стояние в очередях. И – о чудо! - чиновники свою ошибку поняли, и женщину вновь поставили в ту же самую очередь. Только не на то место, с которого прежде выгнали – а в самый ее конец. Ну и что же, что шесть лет уже отстояла и была близка к получению жилья? Будьте добры стоять заново...

- У меня руки опускаются, - чуть не плачет Ирина. – Была почти в начале, а теперь снова двухтысячная... И где гарантия, что, когда отстою еще лет шесть или даже десять, опять не окажется, что меня поставили «по ошибке» и история не повторится? И я не одна такая. Там, куда справки эти сдают, в коридоре такое творится! Люди выходят из чиновничьих кабинетов, в голос плачут: доходы на рубль больше прожиточного минимума – все, ты богатый, считается, что можешь на квартиру накопить! А ипотеку ни в одном банке не дают, потому что бедный. И как быть?!

История Ирины показалась нам странной. Мы попросили дать правовую оценку этой ситуации Романа Ардыкуцу, юриста Центра правовой поддержки «Час суда».

По мнению Романа, Ирину должны были не поставить в очередь заново, а восстановить в ней. Но современное законодательство настолько размыто, что отыскать в нем лазейку многоопытным чиновникам не составляет труда.

- Сейчас к нам поступает много подобных жалоб, - продолжает Роман Ардыкуца. – Пусть я буду говорить голословно, но я думаю, что происходит «чистка списков». При этом не каждый выгнанный из очереди пойдет искать правду в газету или в суд. Ведь люди привыкли к тому, что если власть, чиновники, сказали, значит, они правы...

Абсурд?

В юридической практике Романа нашлось еще несколько не менее «странных» историй, когда чиновники запросто «выпихивали» очередников из очереди на жилье.

Есть, оказывается, такое понятие, как «намеренное ухудшение жилищных условий». Это, например, когда собственники жилья произвели регистрацию очень дальних родственников или просто каких-то граждан, которые не имеют к ним никакого отношения, и теперь требуют выделения социальной квартиры, потому что по закону на каждого проживающего «учетная норма жилья» – 12 квадратных метров, а при увеличении числа жильцов получается гораздо меньше.

В случае намеренного ухудшения жилищных условий человека могут поставить в очередь не ранее, чем через пять лет со дня совершения «намеренных действий».

И вот владимирцу Антону Шунькину через суд пришлось доказывать, что женился он не для того, чтобы получить право встать в очередь на квартиру. Супруга Антона ранее проживала в деревне Глухово Собинского района, и суровые чиновники посоветовали переехать к родителям жены, там, мол, места много. Несколько месяцев ушло на то, чтобы доказать, что, во-первых, у работающего во Владимире Антона нет финансовых возможностей для ежедневных поездок к месту работы из Собинского района в областной центр, а во-вторых, что супруга должна жить все-таки не с родителями, а с мужем, чтобы вести совместное хозяйство и рожать детей.

История Виктории Смирновой из Владимира еще более абсурдна. Чиновники посчитали «намеренным ухудшением жилищных условий»... рождение женщиной ребенка.

Мы живем вшестером на тридцати квадратных метрах, - рассказывает Виктория. – На очередь моя мама, Надежда Анатольевна, встала еще при Советском Союзе и честно отстояла в ней ровно 25 лет. За это время родила двоих детей и, увы, развелась с мужем.

С очереди женщину сняли после того, как ее бывший муж получил в дар спустя 8 лет после развода домик в одной из владимирских деревушек. Что домик не имеет никакого отношения к Надежде Анатольевна, к ее дочерям и внукам, потому что с мужем она развелась еще в прошлом веке, женщине предстоит доказывать. В суде.

А ее дочери Виктории предстоит доказать, что ребенка родила не ради ухудшения жилищных условий. Пока суд да дело...

Впрочем, шансы на благополучный исход событий Роман Ардыкуца расценивает как высокие. Только вот, восстановят Надежду Анатольевну в очереди или, как и Ирину, поставят в нее заново – еще лет этак на 25 – вопрос пока открытый.

Странная арифметика

Кроме абсурдных утверждений о «злонамеренных действиях, Виктория отмечает еще одну странность:

- Очередь «движется» очень необычным образом. Когда маму только поставили, она была трехтысячной, через двадцать лет стала третьей. Мы думали – ну все, вот уже скоро... Но еще через год мы увидели себя в списках... триста двадцатыми. То есть каким-то чудесным образом люди в очереди перемещается: те, кто стоял в конце, оказываются в начале. И наоборот...

- Какими внутренними ведомственными документами это решается, мы не знаем, - разводит руками Роман Ардыкуца. - Люди приходят и спрашивают: я стояла четырехсотой, почему я теперь оказалась двухтысячной? Ответа у нас нет. Я не знаю, присутствует ли здесь коррупционный элемент. Но вопросы есть. Не хочется озвучивать какие-либо домыслы, но очень часто закон расходится со справедливостью и деятельность чиновничьего аппарата расходится с тем, что чиновники должны делать на самом деле. Вместо того, чтобы исполнять обязательства по улучшению благополучия жителей города, они пытаются сделать таким образом, чтобы человек эту квартиру не получил. Вместо того, чтобы сделать все по-человечески, они делают так, как необходимо и выгодно им. Увы, это так...

Еще один нонсенс - очередь на субсидию, которая дается «молодой семье». Семья считается молодой до тех пор, пока одному из супругов не исполнится 35 лет. Если очередь за это время подойти не успела, семья перестает считаться молодой и из очереди автоматически исключается. Абсурд? Безусловно.

- Получается полная глупость, - подводит итог Роман. - Я не знаю, может быть, это схема такая. Но считаю, что это делается намеренно. Чтобы человек своей очереди не дождался, или просто, как многие ветераны Великой Отечественной войны, до нее не дожил. Это мое субъективное мнение, но оно не голословно, а подтверждается документально и определенной практикой. Самое важное, что я хотел бы сказать: люди не должны бояться вставать на защиту своих прав. Многие не обжалуют постановления администрации, а это нужно делать. Ведь это несложно - обратиться в органы прокуратуры, чтобы дали правовую оценку. Если сами не можете составить заявление в прокуратуру, сейчас во Владимире множество приемных, консультаций, бесплатных юристов, которые готовы помочь. Я считаю, что лучше попробовать, чем потом жалеть.

Обратная сторона

Конечно, у этой проблемы есть и обратная сторона. Например, как только дом попадает под расселение или снос, там откуда ни возьмись появляется множество людей - как сельдей в бочке. Вот оно, то самое – заведомое ухудшение условий! А Виктория, ее мама, Антон и Ирина – может быть, они лишь случайные пострадавшие: лес рубят, щепки летят...

Безусловно, много людей, которые пытаются дорваться до квартиры, - не отрицает юрист. - Но почему-то зачастую те, кто в принципе может сам себя содержать, субсидию получают, а по-настоящему бедные остаются ни с чем. Далеко ходить не надо: на улице Разина стоит зеленый деревянный дом с заколоченными окнами, там на одном из окон прибита фанерка и маркером написано: дом сносу не подлежит, прописано тринадцать человек. Но по телевизору мы изредка видим красочные репортажи о том, что въезжают семьи в бесплатные квартиры – четыре, пять семей... Это, конечно, хорошо. Однако, показывая пять счастливых семей, в этих репортажах никогда не говорят о двух тысячах семей, которые стоят на очереди, и о сотнях тех, кто льет слезы из-за того, что даже призрачного шанса на отдельное жилье лишились.