Новый год на войне

Корреспондент «МК» во Владимире» выслушал рассказ ветерана

7 февраля 2018 в 00:29, просмотров: 1114

Отгремели новогодние салюты, опустели бокалы, владимирцы даже успели соскучиться по праздничным салатам. Месяц назад наша страна отмечала Новый год. Впрочем, праздновали в эту ночь не все. Михаил Широков лег спать сразу после боя курантов. Когда тебе 92, особо не «погуляешь». Зато Михаил Ильич хорошо помнит, как отмечали Новый год на войне, когда везде гремели вовсе не праздничные салюты...

Новый год на войне
Михаил Ильич с правнучкой Фото: Екатерина Дронова

Пули вдоль виска

 

Михаил Ильич родился в 1925-м в деревне Каменка Меленковского района. Отец был лесорубом. Миша часто ходил с ним в лес, помогал работать, очищал деревья от сучков. Мать трудилась в колхозе. В 41-м отец погиб под Москвой.


- Нам пришло извещение, что он пропал без вести, — вспоминает Михаил Ильич. - А позже очевидцы сообщили, что Илья Филиппович Широков был убит разрывной пулей в грудь. Бой, говорят, в лесу был. Отца так и не нашли. Он остался не похоронен.


Сам Михаил ушел на войну, когда ему не было и 18-ти. Молодой боец был назначен связным: носил донесения в роту. На волосок от смерти оказался уже на четвертый день пребывания на фронте.

 

- Пошел я с пакетом, в котором было донесение, — вспоминает Михаил Ильич. - Был еще молодой, «нестреляный». Надо было идти кустами, а я пошел поляной. И вдруг — пуля возле меня ковырнула землю. Я подумал, шальная. Шагнул еще 3-4 раза, как вторая пуля прошла вдоль виска. Если бы я шагнул тогда с другой ноги, мне бы прямо в лоб «закатило». Я понял, что меня засек снайпер, — и в окоп. Только брякнулся, по мне дали из миномета 6 снарядов! Но прямого попадания не было. Я лежал долго, чтобы про меня забыли. Отлежался, подобрал руки-ноги и в кусты. Вот таких неопытных и убивали в первую очередь.


Впрочем, на войне доставалось и опытным. С уважением вспоминает Михаил Ильич командира роты, который хватал рукой гранаты и кидал обратно. Но враг тоже был хитер.


- Немец приготовился кидать гранату, вытащил чеку, специально придержал какие-то секунды и только потом кинул, — рассказывает ветеран. - Наш ротный схватил ее, только размахнулся, она у него на вытянутой руке и рванула. Живой остался, но 4 пальца ему оторвало. Его представили к награде — званию «Герой Советского Союза». Мы все его Батей звали.

 

Выручал случай

 

Самому Михаилу везло на фронте. Вражеские пули чудом летели мимо. И не раз выручал случай. Однажды бойца Широкова спас обыкновенный ящик.


- Ехали мы с разведчиком на ящиках. Я сидел на двух, а разведчик на одном. Едем полем. Летит немецкий самолет, засек нас и спикировал. Мы ждали бомбы, но он начал строчить из пулемета. Я сидел выше, и мне пуля попала под ящик, а разведчику — в поясницу. Мы остановились, стали перевязывать раненого. Видим, самолет делает второй круг. Мы в кювет. И снова по нам пулеметная очередь. И снова пуля попадает в разведчика! А самолет делает третий круг! Мы потащили разведчика в окоп. Немец увидел, что мы в укрытии, и улетел. Встал вопрос, куда девать больного. И тут едет машина с ранеными! Мы их остановили, попросили взять нашего. Девушка-санитар отказывалась, мол, нет места. Мы пригрозили ей автоматом. Так и отправили разведчика лечиться. Через три месяца приехал опять в часть, ранения оказались легкими. До конца войны служил.

 

Бомба упала, но не взорвалась

 

В другой раз немецкий летчик оставил советских бойцов без обеда.


- Случилось нам найти картошки, свиное сало было у нас, — говорит Михаил Ильич. - Картошку начистили, нажарили с салом, сели в одном доме есть. Вдруг с улицы кричат: «Воздух! Воздух!» Загудели бомбы, мы бросились на пол. Две бомбы разорвало, окна в доме выбило, стекла разлетелись — и в еду! Всю нашу картошку засыпало. Вот и пообедали.


А однажды Михаил Ильич сам сбил немецкий самолет. Было это на Западной Украине. Связной Широков шел из штаба в роту и нашел брошенное противотанковое ружье. Отнес его на наблюдательный пункт и установил для стрельбы по самолетам.


- Летит немецкий самолет. Я и выстрелил. А стрелял я метко. Вижу, самолет дрогнул, но спикировал и сбросил бомбу. Я растерялся. Надо было еще стрелять, а я присел в окопе. Бомба-то упала, но не взорвалась! Какая-то ненормальная была. А самолет пролетел на бреющем полете еще 200 метров и упал.

Фотографии с форнта сгорели во время пожара. Это фото в Сочи в 1973 году Фото из личного архива

Новый год на фронте

 

Там же, на Украине, отмечали и Новый год. Уходил 42-й, начинался 43-й.


- Командир полка раздобыл 20-литровую канистру спирта, — вспоминает Михаил Ильич. - Кто-то принес поросенка. Его испекли целиком. Наделали котлет из жеребенка. Уговорились так: спирт в стаканах, а в кружках вода — запивать. Выпили по одной. По второй стали пить, а кто-то перепутал и в кружку вместо воды тоже налил спирту. Майор — начальник штаба — из стакана спирт выпил, схватил кружку запивать, а там тоже спирт. Он рукой рот зажал и на улицу. Один Новый год мы так справили, а больше уж и не справляли.


Главные торжества были в мае 45-го!


День Победы застиг Михаила Широкова в Праге. О том, что немецкие войска капитулировали, он узнал по радио: слушали наушники в танке. Впрочем, в Праге продолжались бои. Уже после объявления победы погибли еще несколько советских бойцов. В Праге стреляли до 12-го мая, вспоминает Михаил Ильич. Помнит он и главный в жизни праздник.

 

- Мы ехали по Праге на трофейной немецкой машине, — рассказывает ветеран. - И чешские партизаны подумали, что это немцы раскатывают, наставили на нас автоматы. Шофер затормозил и погрозил им кулаком. Они выскочили и — давай нас обнимать! Командир потом говорил: «И как это я только не дал команду «Огонь!» Позвал всех на квартиру. Собрались, нажарили два противня глазуньи, раздобыли спирт и отметили долгожданную победу!




Партнеры